Этот тяжёлый, хриплый, надрывный звук, который слышно за три комнаты. Мы умиляемся: «Какой милый, храпит как дедушка». А ветеринары слышат другое — крик о помощи.
Я никогда не задумывалась об этом, пока не попала на лекцию генетика в ветеринарной академии. Лектор показывал слайды: черепа мопса сто лет назад и сейчас. Тогда — нормальная морда, сейчас — сплющенная до невозможности. Тогда — ровный позвоночник, сейчас — горбатая спина. И цифры: продолжительность жизни упала на 40%, количество болезней выросло втрое.
Я вышла оттуда с ощущением, что предала своих собак. Потому что все эти годы я покупала, разводила и рекламировала то, что убивает.
Давайте честно. Мы любим собак. Мы правда их любим. Но наша любовь, помноженная на моду и желание «самого-самого» щенка, превратилась в генетическую бомбу замедленного действия.
Собаки жили рядом с человеком тысячи лет. Природа отбирала самых сильных, самых выносливых, самых здоровых. Собаки, которые не могли нормально дышать, просто не выживали. Собаки с больными суставами не могли охотиться и кормить потомство. Естественный отбор работал жёстко и эффективно.
А потом пришли мы.
Где-то сто пятьдесят лет назад люди решили, что природа плохо справляется. Мы начали отбирать собак не по здоровью и способностям, а по внешности. Кто красивее? У кого морда площе? У кого шерсть пушистее? У кого спина сильнее прогнута?
Мы закрыли генофонд. Перестали вливать свежую кровь. Начали вязать близких родственников, чтобы закрепить «красивые» черты. И получили то, что получили.
Инбридинг — близкородственное скрещивание — закрепил не только внешность, но и все генетические бомбы, которые дремали в породах. Болезни, которые раньше встречались раз на тысячу, стали массовыми.
Преувеличенные черты — то, что кажется нам милым, для собаки становится проклятием. Короткая морда — это не просто «мило», это невозможность нормально дышать. Складки кожи — не просто «обаятельно», это вечные дерматиты и инфекции. Огромные глаза — не просто «выразительно», это язвы роговицы и слепота.
Мы создали породы, которые не могут родиться без кесарева, не могут дышать без хрипа, не могут бегать без одышки. И продолжаем их разводить, потому что «они такие милые».
Я выбрала пять пород. Не потому, что они самые несчастные — их гораздо больше. А потому что они самые популярные. Потому что именно их мы чаще всего видим на улицах, в рекламе, в соцсетях. И именно их мы убиваем своей любовью.
Начну с самого тяжёлого случая. Английский бульдог — это, пожалуй, самая больная порода в мире. Ветеринары называют их «медицинскими проектами», а не собаками.
Посмотрите на фотографии бульдогов начала XX века. Это были поджарые, активные, спортивные собаки с нормальными мордами. Они могли бегать, дышать, жить. А теперь посмотрите на современных.
Что мы сделали:
Укоротили морду до невозможности
Расширили голову так, что щенки не проходят через родовые пути
Добавили складок кожи, которые вечно воспаляются
Сделали тело массивным, тяжёлым, еле передвигающимся
Цена, которую они платят:
80–90% щенков рождаются путём кесарева сечения. Суки просто не могут родить сами.
Брахицефальный синдром — им трудно дышать даже в покое. В жару они задыхаются и могут умереть за полчаса.
Заворот век — глаза постоянно травмируются ресницами.
Аллергии и дерматиты — в складках вечно живёт инфекция.
Дисплазия суставов — тяжёлое тело на кривых лапах.
Проблемы с позвоночником.
Средняя продолжительность жизни английского бульдога — 6–8 лет. Многие не доживают и до пяти. И при этом порода остаётся популярной. Потому что они «милые».
Немецкая овчарка всегда была символом идеальной собаки. Умная, сильная, выносливая, красивая. Именно такую мы знаем по фильмам про Комиссара Рекса. Но Рекс из 90-х и современная выставочная овчарка — две разные собаки.
Что мы сделали:
Сделали спину скошенной, неестественно изогнутой
Задние ноги поставили под неправильным углом
Погнались за «красивой» линией верха, забыв о функциональности
Цена, которую они платят:
Дисплазия тазобедренных и локтевых суставов — у некоторых линий до 40% поголовья.
Дегенеративная миелопатия — смертельное заболевание спинного мозга. Собака сначала теряет способность ходить, потом умирает.
Проблемы с позвоночником — из-за скошенной спины позвонки трутся друг о друга.
Заворот желудка — бич всех глубокогрудых пород.
Слабость связок — из-за неправильных углов задних ног.
Рабочие линии немецких овчарок (которых разводят для службы в полиции и армии) ещё держатся. Они здоровее, активнее, живут дольше. Но выставочные собаки стремительно теряют способность нормально двигаться. Посмотрите, как они бегают на ринге — это не бег, это мучение.
На фото слева немецкая овчарка 1950-х г.г., справа – современный представитель породы.
Мопсы покорили мир. Они есть в каждом инстаграме, в каждой рекламе, в каждой семье. И их популярность убивает их.
Что мы сделали:
Сплющили морду до плоскости
Сделали глаза огромными и выпуклыми
Укоротили нос так, что они не могут нормально дышать
Добавили складок на морде
Цена, которую они платят:
Брахицефальный синдром в самой тяжёлой форме. Мопсы не просто храпят — они задыхаются во сне, просыпаются от удушья, не могут бегать больше минуты.
Язвы роговицы — глаза не закрываются полностью, сохнут, травмируются.
Дерматиты в складках — постоянное воспаление, зуд, боль.
Проблемы с позвоночником — из-за короткого корпуса.
Ожирение — они мало двигаются, потому что не могут дышать.
Трудные роды — крупные головы щенков.
Современный мопс не может жить без кондиционера летом. Не может спать без храпа. Не может родить без кесарева. И мы называем это любовью?
В Европе уже начали менять стандарт породы. Требуют, чтобы морда была длиннее, чтобы собаки могли дышать. Но в России пока популярен «экстремальный тип» — максимально плоский, максимально больной.
Эти собаки похожи на игрушки. Огромные глаза, милая мордочка, длинные уши. Идеальный компаньон. Но под этой красотой скрывается трагедия.
Что мы сделали:
Уменьшили череп, но оставили мозг прежнего размера
Закрепили «милые» черты, не думая о последствиях
Сделали их слишком маленькими и хрупкими
Цена, которую они платят:
Сирингомиелия — это звучит страшно, и это действительно страшно. Мозг собаки слишком велик для черепа, он давит на позвоночник, образуются полости с жидкостью. Собака испытывает хроническую боль. Она трётся головой об пол, кричит без причины, чешет воздух. Лечения нет, только облегчение симптомов.
Болезнь митрального клапана — почти у всех кавалеров к старости развиваются тяжёлые пороки сердца. Сердце просто изнашивается.
Вывих коленной чашечки — мелочь по сравнению с остальным, но тоже больно.
У многих кавалеров диагностируют сразу несколько заболеваний. Они редко доживают до 10 лет, хотя могли бы жить 14–15.
Шарпеи уникальны. Эти складки, этот хмурый взгляд, эта синяя пасть. Но природа не создавала их такими. Это сделали мы.
Что мы сделали:
Превратили лёгкие складки в тяжёлые «броню»
Сделали кожу настолько избыточной, что она закрывает глаза
Закрепили «сырой» тип конституции
Цена, которую они платят:
Энтропион — заворот век. Ресницы постоянно трутся о роговицу. Без хирургической коррекции собака слепнет.
Инфекции в складках — под складками кожа не дышит, преет, воспаляется.
Шарпей-лихорадка — наследственное заболевание, при котором у собаки внезапно поднимается температура, опухают суставы. Приступы мучительны и могут привести к почечной недостаточности.
Стеноз ушных проходов — уши завалены складками, не вентилируются, вечно воспалены.
Дисплазия суставов — тяжёлое тело на коротких ногах.
Шарпей часто не видит мир нормально из-за нависающих складок. Ему трудно есть, трудно дышать, трудно жить. Но он красивый. Мы так решили.
Ситуация страшная, но не безнадёжная. В мире уже началось движение за здоровье пород.
Финляндия — одна из самых прогрессивных стран в этом вопросе. Там обязательны генетические тесты перед вязкой. Если у собаки есть наследственные заболевания, её не допускают к разведению. Запрещено вязать близких родственников. Результат: финские собаки здоровее европейских.
Германия — для немецких овчарок ввели обязательные тесты на дисплазию и рабочие испытания. Собака не получит титул, если не пройдёт проверку здоровья.
Англия — Кеннел-клуб начал менять стандарты пород. Для мопсов и бульдогов смягчили требования к длине морды. Теперь собаки с более длинными носами могут выигрывать выставки. Это стимулирует заводчиков разводить здоровых собак.
США — многие питомники добровольно делают генетические тесты и публикуют результаты. Ветеринарные ассоциации бьют тревогу и требуют запретить разведение «экстремальных» типов.
Мы не можем изменить весь мир. Но мы можем изменить свою жизнь и жизнь своей собаки.
Когда выбираете щенка:
Не гонитесь за «экстремальным типом». Чем ближе собака к природному облику, тем она здоровее.
Требуйте у заводчика результаты генетических тестов родителей. Если он отказывается — это повод уйти.
Смотрите на родителей вживую. Как они дышат? Как двигаются? Сколько им лет? Есть ли у них проблемы?
Не покупайте щенков у тех, кто вяжет «модных» собак без заботы о здоровье. Это единственный способ остановить конвейер больных животных.
Изучайте породу перед покупкой. Узнайте, какие болезни у неё самые частые. Спросите заводчика, как он с этим борется.
Если у вас уже есть собака из группы риска:
Регулярно посещайте ветеринара, даже если кажется, что всё хорошо.
Делайте генетические тесты, если это возможно.
Следите за весом — лишние килограммы убивают больные суставы быстрее.
Не заводите от неё щенков, если есть сомнения в здоровье.
Любите её. Она не виновата, что мы сделали её такой.
Я написала эту статью и долго не могла успокоиться. Потому что в каждой из этих пород есть кто-то, кого я люблю. Мопс моей подруги, который храпит так, что дрожат стены. Немецкая овчарка соседа, которая хромает на заднюю лапу. Английский бульдог из инстаграма, на которого подписаны тысячи людей.
Они не знают, что мы с ними сделали. Они просто живут. И любят нас так же сильно, как любили их предки сто лет назад.
Может, нам стоит ответить им той же любовью? Не той, которая требует «мимимишной» внешности, а той, которая хочет, чтобы собака жила долго, дышала легко и не мучилась.
Давайте выбирать здоровье, а не моду. Давайте требовать от заводчиков честности. Давайте перестанем покупать собак, которые не могут дышать.
Потому что каждый раз, когда мы платим за «экстремальный тип», мы голосуем рублём за продолжение этой генетической войны. И наши собаки проигрывают в ней каждый день.
Автор статьи: Marishka S.